ВаниЗмы

Лупинарий – очень часто располагался прям рядом с термами, либо недалеко – место, где тусовались девушки с низкой социальной ответственностью и мужчины, которые к ним обращались. В этом доме было несколько входов – парадный для неженатых парней и черный – для семейных, куда мужчины проникали в масках инкогнито. Сохранились руины этого заведения – они частично восстановлены – до сих пор видно, как владельцы пытались создать комфортные условия для своих клиентов. Тут и фонтан, и сады, и явно музыка, и много ниш-комнат для уединения. К сожалению, на каких только развалинах мы не были – лупинарии были почти везде. Интересен факт, что внутри данных комнат удобств особых не было - сделал дело - гуляй, дружище, смело. Как в фастфудницах сейчас. А ещё на второй фотографии выше можно увидеть не совсем приличную гравировку. Так вот существует ошибочное мнение, что их использовали как указатели к лупинариям. Довольно долго существовала такая теория, пока не решили пройтись по этим "указателям" - ничего толкового не вышло. Все-таки это воспринималось раньше как символ силы и плодородия и никакого сексуального подтекста не несло. Сейчас многие фаллосы сбивают местные мусульмане из соображений благочестия. Но как ни крути - исторический памятник портят... Хотя...

Давно я обещаю вам рассказать про туалеты. Как бы это ни было странно, но этот рассказ не может состояться без рассказа про термы. Когда мы говорим про древние цивилизации, почему-то, если это не Греция, нам представляется какой-то жуткий, грязный неотесанный мужик, цель которого охотиться за мамонтом и оправдывать природные явления через религию. На самом деле этот образ ошибочный, ведь термы – это что-то невероятное. Там было несколько залов с горячей водой, холодной водой, библиотеки и конечно же первые общественные туалеты. В Тунисе я лично проезжал мимо сохранившегося до сих пор Акведука длиной в 12 км. И он был настолько идеально выверен, что проблем с подачей воды раньше Тунис вообще не испытывал. Сейчас с пресной водой проблема, поэтому она очень дорога. Тогда, в первые века нашей эры проблемы такой не было благодаря системе водопроводов и, например, специальным резервуарам, в которые собирали пресную дождевую воду. Такие находили рядом с домами. Можно его увидеть третим с конца в предыдущем посте. Мылись же Тунисцы несколько раз в неделю в терме, по-нашему в бане. Императоры, понимая, что гигиена – залог здоровья нации, своими указами не позволяли делать услуги бани дорогими. Существовала прям система помощи тем, кто не мог сходить в баню по нехватке средств. Мылись достаточно оригинально. Человек приходил, раздевался и проходил через зал с теплой водой, смывая с себя первичную грязь. Потом проходил в комнату, где стояло оливковое масло и натирался им полностью. Какое-то время оставался намазанным, после чего брал специальный скребок и счищал с себя масло начисто. После чего омывался прохладной водой, а дальше уж кто во что горазд. Стоила баня сущие копейки – каждый мог приобрести скребок и масло прям на месте. Тем не менее родилась красивая история о том, как один из императоров зашел в термы и увидел довольно интересную картину – один араб стоял и терся спиной о стену, пытаясь счистить с себя масло, так как ему не хватало денег на аренду скребка. Император посмотрел на это и издал указ о том, что этот нищий имеет право до конца своих дней посещать баню бесплатно. Поговаривали, что после этого случая количество таких спинотерцев возросло многократно, но больше никому так не везло. Туалеты – самое интересное… Туалет был общественным. Прям максимально. В зависимости от размеров туалета туда могло помещаться от 5 до 12 человек. Что он из себя представлял? Полукруглое помещение, в котором стоит каменная большая полукруглая скамейка с отверстиями, на которые надо садиться. В центре по желобку протекает ручеёк с чистой водой. Заходишь – занимаешь свое место, справляешь нужду, берешь палку, на конце которой закреплена специальная парусиновая ткань. Эта палка находится в специальном растворе уксуса, чтобы соблюдались гигиенические нормы. Под отверстием, как на фотографии, находилось ещё одно – туда просовывали палку, чтобы протереть активную часть процесса дефикации, после чего эту палку промывали в ручейке и водворяли на место. Там сидели бок о бок мужчины, женщины, дети, там вели беседы, читали книги. Единственный минус – все, что происходило в Вегасе, оставалось в Вегасе, поэтому там стоял не совсем приятный запах, хотя скорее всего благовония имели место быть. Ну и там, внутри туалета, могла быть и крыска, и змейка, и скорпия. Поэтому лучше не рассиживаться. После того как человек промывал за собой палку с тряпкой в проточной воде, текущей по желобку, палка водворялась на место в специальную раковину с уксусом и прочими дезинфицирующими средствами для обработки оной, чтобы объект мог послужить верой и правдой следующему посетителю.

Когда же въезжаешь в Дуггу, то первое, что видишь – амфитеатр на самой вершине этой небольшой горы. Уникальная акустика – когда говоришь со сцены, то до сих пор слова доносятся до самого верхнего ряда, хотя там вмещалось около 3000 человек. Сейчас в полной мере силу акустики там оценить невозможно, потому что усиливали её с помощью специальных гипсовых пластин, который крепились на подмостках сцены, а также на каждом ряду зрителей. Так как они очень хрупкие, то до наших дней сохранились лишь фрагменты у подножия сцены. Прям перед сценой сохранились места, предназначенные для самых-самых мира сего. Сохранились и некие дырки по краям сцены, которые служили отверстиями для суфлеров. Там, спрятавший за стеной, суфлер мог подсказывать слова потерявшимся в роли артистам. Сейчас там проводят фестивали и дают концерты. Когда французское влияние было сильно в Тунисе, туда приезжали и очень известные актеры, коллективы, хоры. Сейчас там выступают и наши коллективы иногда, а в основном местные. Качество местных порой оставляет желать лучшего, но тем не менее амфитеатр продолжает жить и его используют по назначению. В Дугге, как я уже говорил, сохранился целый город, поэтому там есть все виды зданий. Кроме Капитолия там можно найти форум, термы, рядом с ними стабильно располагавшийся лупанарий, дома богатых, дома бедных, долговую яму, внутри которой растет фиговое дерево, даже роза ветров изображена рядом с Капитолием – можно посмотреть, в какой месяц какой ветер и откуда дует. Недалеко от развалин находится также древнехристианский храм мученицы Виктории, мощи которой обрели под храмом. Сейчас, конечно, там только фундамент и крипта подалтарной части. Когда поднимаешься на самую верхнюю точку города, оттуда можешь лицезреть Новую Дуггу, построенную управителем этой области, потому что до этого арабы жили прямо среди этих руин старой Дугги. Обустраивали себе там жилища и в принципе очень даже неплохо существовали. Наташа рассказывала, что одно время там жил мужичок, который называл себя самым старым местным гидом. Он выучил французский, просто слушая экскурсии франкоговорящих групп и прекрасно им владел. Он столько раз слушал эти истории, что впоследствии сам мог проводить экскурсии очень подробно и познавательно. Так вот тот управитель просто переселил арабов оттуда в ново отстроенный город, чтобы они не распугивали туристов своим видом среди развалин. А с другой стороны там стоит башня. Сохранившаяся аж со времен финикийцев – вообще постройка до нашей эры. Древность страшная. Надо отдать должное, что мы настолько умотались на этих развалинах, путь не под палящим, но тем не менее жарящим солнцем, что после этого пошли в местный ресторан отведать кабанятины. Ситуация с ней там очень интересная. Мусульмане, как известно, свинину не едят. А кабан – свинья, поэтому есть его тоже нельзя. А поохотиться хочется. И это им нравится, однако мясо потом девать некуда. Что придумали? Есть специальное кафе-гостиница, куда в сезон охоты приезжают охотники, инструктора-егеря, все туда заселяются и охотятся. После того, как они принесут кабана, они продают его в этом же кафе и уже местные повара его обрабатывают и готовят для немусульман. Таким образом, и волки сыты, и овцы целы. Стоит отметить, кабана приготовить крайне непросто – его мясо довольно жесткое, потому что животное подвижное – не наши хрюшки-свинюшки. Поэтому его несколько суток вымачивают в молоке, а потом только готовят совершенно каким-то непростым способом. И то он может получиться жестким. Мы ели мясо кабаненка, поэтому он был очень даже мягок и вкусен.

Дугга Место уникальное тем, что там сохранился целый город. Но он же представляет для туристов особое испытание. Он достаточно большой, а так как он в руинах, то это значит практически полное отсутствие какой-либо тени. А экскурсия занимает два часа минимум. Мы просто прошлись с комментариями от нашего гида и стало очевидно, что там можно ещё ооочень многое посетить, но никаких сил на это не хватит. Сама Наташа, наш гид, сказала, что поехала проводить эту экскурсию только из уважения к нам, потому что последние годы отказывается – ей крайне тяжело сейчас ходить под палящим солнцем столько времени. Стоит отдельно поговорить о Наташе – ей 75. Она сама водит машину. Довольно грузная, прихрамывает, но во внешности проглядывает спортивное прошлое – очень статные и мощные плечи. Оказалось, что она мастер спорта по плаванию, вышедшая замуж за тунисца и поэтому переехавшая в Тунис 50 с лишним лет назад. Тут она начала преподавать плавание для школьников, которые поначалу хихикали над ней, ведь в русском языке отсутствуют многие звуки, которые есть в арабском, поэтому мы просто не можем правильно произнести многие слова. Из серии кх, гвх и проч. При этом она не знала ни французского, ни арабского. Муж ей написал русскими буквами французские слова, чтобы она могла хоть как-то коммуницировать. Сейчас она прекрасно говорит на местном арабском диалекте и на французском. При этом здесь говорят на жуткой смеси этих двух языков. Потому что чистый французский – язык колонизаторов, снобский язк, поэтому его не особо любят. Чисто арабский – народный язык. Смесь – признак того, что ты свой и при этом образованный. Про Наташу в принципе можно писать отдельный пост, поэтому сейчас скажу лишь то, что уже сказал, так как тема наша сегодня Дугга. Это целый город! ГОРОД! Сохранившийся. Мы прошлись по улочкам, вымощенными камнями, которые клали древние римляне и они сохранились!!! Удивительная особенность этих дорог – они идут как бугор. То есть к центру чуть подымаются, к краям закругляются. Все очень практично, так как таким образом все воды стекают к краям и потом по наклонной утекают. Некоторые камни выделяются среди этой мостовой, так как эти камни ещё выполняли и функцию люков. В них даже есть отверстия небольшие, с помощью которых эти люки поднимались и можно было увидеть внизу клоаку! Поэтом до сих пор опасненько на них наступить. Туда все стекало. Вообще оказалось, что клоака называется не просто так, а потому что это бог нечистот. Там же, в Дугге сохранился Капитолий, практически без каких-либо повреждений. История его крайне интересна, потому что сохранился он благодаря тому, что на византийцев напали толпы варваров и они были вынуждены отступать все глубже в центр города. Дугга был устроен также как все древние города – в центре находился Капитолий, форум, там жили самые богатые люди. Эта часть была обнесена крепостной стеной, а за пределами города жили люди победнее. Поэтому под гнетом варвар обороняющиеся отступили уже непосредственно к Капитолию и начали вокруг него наспех сооружать дополнительную стену, тем самым его законсервировав на многие-многие столетия. Уже в наше время отвалился кусок этой кладки и все это достаточно долго стояло, пока один любопытный не заглянул в образовавшееся оконце и не смог различить там колонну. Решили разобрать и нашли за ней чудом сохранившийся Капитолий. Ощущения невероятные, когда поднимаешься по его ступеням – что-то невообразимое, когда понимаешь, что по этим же ступеням ходили много лет назад жрецы, там же поднимались и просто обычные люди того времени и вообще этой постройке 2000 лет!!! А она стоит под открытым небом уже много веков!

Мы же в свою очередь почтили память моряков, пройдясь по кладбищу и отслужив панихиду на могиле Анастасии Александровны. Впечатления от кладбища тоже двоякие. Налицо влияние французской культуры – повсюду склепы, скульптуры, наши русские могилы как подобается – плита, крест, имя. При этом склепы часто взломаны и внутри явно следы того, что кто-то там жил… Поэтому сейчас кладбище закрыто на замок, а на входе сидит цепная собака и в сторожке охранница. Сторожка – жаль опять-таки не сфоткал – просто небольшой закуток, в котором явно помещается абсолютный минимум. Очевидно, что без кондея… Я бы там явно присоединился к вечным обитателям этого кладбища, если бы хоть денек там поработал. Когда заходишь туда - обязательно шутка, что именно тут в Бизерте захоронена мафия. Отдельный склеп прям под неё Потом был храм моряков. Оооочень интересен своей иконографией – тут Иисус поразительно похожий на араба, изображение рая Господня, похоже Авраам, явно что-то задумавший и держащий души Израильского народа. Или кто это? Тут же и Петр с Павлом, думающие, кто там такой в Раю ходит с крестом и стоит ли вообще всех пускать… И солнце с луной вокруг Креста Господня. И вообще впервые вижу, чтобы изображали Лонгина Сотника… На других фресках животные – тоже очень мило. А ещё одна особенность – нигде не видел – купол, отделанный мозаикой.

Бизерта Самый внезапный город для меня оказался. Совсем недавно этот город был центром русского паломничества – не к святым этих мест, нет. Ехали к простой, обычной русской женщине. Женщине, про которую, как оказалось, снимали фильм, женщине, с которой было запрещено общаться нашим русским-советским ученым и медикам под страхом расторжения контракта. Она была из настоящих русских дореволюционной эпохи, что отражалось на её жизни. В 1920 г. 120 русских кораблей вошли в порт Бизерты. Там многие моряки русской эскадры нашли своё последнее пристанище. В то время власть контролировалась Францией, которая тут же объявила карантин из страха того, что русские принесли с собой большевистскую «заразу», о чем военные даже не помышляли, измученные тремя долгими годами гражданской войны, а перед этим ещё и 3 годами первой мировой. Приходилось несладко, большинство семей жили прямо на кораблях. Военные продолжали поддерживать порядок, не оставляя надежды ещё послужить России. Но родине они уже были не нужны. Те же, кто остался в Крыму, практически в полном составе были расстреляны и просто убиты солдатами Красной Армии. Анастасия Александровна Ширинская, уроженная Манштейн, чей род происходил со времен Петра I Великого, в последствии снимала квартиру и не соглашалась переезжать или покупать какое-то жильё. В моменты оттепели и перестройки ей предлагали получить советское гражданство, на что она ответила, что на её паспорте будет стоять только двуглавый орел, но никак не серп и молот. И уже после развала Советского Союза она получает гражданство Российской Федерации. До этого же времени у неё было гражданство несуществующего государства, что конечно же вызывало некие трудности. Лара, наш экскурсовод, по профессии медик, рассказывала, что, когда только приехала в Тунис, Советское Правительство ей открыто запретило даже общаться с Анастасией Александровной под угрозой расторжения контракта. Но для русского человека разве существуют запреты от государства? Их познакомили тайно, чтобы никто ни в коем случае не видел, как Лара заходит в её дом. В итоге, благодаря Анастасии Александровне, Лара и её муж впоследствии получили работу в местной больнице. О ней говорили, что она была уникальная женщина. Единожды познакомившись с ней, человек уже искал вновь с ней встречи, быть может по той причине, что в ней чувствовалась та благородная кровь, что текла по её жилам. Ей посвящен целый музей в Бизерте. Замечательно организованный, с фотографиями и книгами, письмами, орденами. Настоящая машина времени в тот ещё столь недавный, но уже забывающийся постсоветский период. Пока жила Анастасия Александровна, была жива община местного храма – она была настоящим сердцем русского присутствия в этом городе, все объединялись вокруг неё. Уже сейчас по местным русским тунисцам видно, насколько её им не хватает. О ней уже написаны книги и сняты документальные фильмы, поэтому не буду углубляться в её историю. Но просто оставлю здесь ссылку на фильм о ней. Удивительно, что даже через десятилетие, прошедшее со дня её смерти, невольно испытываешь уважение к женщине, которая с 8 лет живет на чужбине и при этом остается русской. Настолько русской, что никто и не задумывался никогда назвать её тунисской. Детство она провела на корабле, где у них даже проходили ёлки, где была организована школа.