ПРОСТРАНСТВО ТИШИНЫ

Моя жизненная миссия. Манифест. Версия 4.0 (подлежит изменениям и дополнениям в течение всей биологической жизни): 1. Я верю, что каждый человек постоянно развивается (физически, интеллектуально, эмоционально и духовно), раскрывая собственную глубину превосходит себя прежнего, достигая новых вершин, как в области сознания, так и духовного развития. И в этом раскрытии заключается его призвание для этой жизни: любить Бога, любить ближнего и любить самого себя. Развивать и воплощать на практике христианские ценности: сострадание, солидарность, безусловное принятие и прощение, а также служение Богу через служение ближнему. 2. Я постоянно распознаю ограниченные, не отвечающие всей сложности современной реальности картины мира, которые навязываются культурой, обществом, и даже некоторыми религиозными организациями. Превосходить и преодолевать различные формы мракобесия, шовинизма и нездорового фундаментализма через просвещение, образование и работу над распознание негативных и разрушительных моделей мышления. 3. Моя миссия, через обучение, вдохновение и любовь способствовать внутреннему развитию людей, для максимально полного раскрытия их призвания и талантов, данных Богом, а также способствовать делами и проповедуемыми идеями преодолению страдания человеческих существ, вызванных социальными, культурными, национальными противоречиями, несправедливостью или войной. 4. Быть всегда на стороне жертвы, а не агрессора. Мой выбор - сострадания и милости к жертвам агрессии (которыми для меня являются все, чьи жизни, судьбы, психическое и физическое здоровье искалечили войны по обе стороны любого из фронтов). Смотреть на события через недвойственную оптику. Это единственно возможная позиция для меня, как христианина и пацифиста. 5. В моем идеальном мире человек, благодаря глубокой и крепкой вере, духовным практикам, интеллектуальным упражнениям и осознанному развитию достигает своего максимума, а общество таких осознанных людей способно решить существующие социальные, политически и экологические проблемы, и выйти за пределы планеты земля. 6. Мои соратники - люди, которые также участвуют в этом процессе. Священнослужители, богословы, духовные учители, коучи, психологи, специалисты по интегральной философии и концепциям вертикального развития взрослых, романтики и фантазеры, которые не боятся воплощать в реальности сюжеты фантастических романов. 7. Я стремлюсь к тому, чтобы жить в присутствии, в духе благодарности за каждое дыхание, за каждый миг жизни, за каждый встреченный взгляд. Осознанность — это моя молитва, обращённая к Творцу. В каждом вдохе я ощущаю Дыхание Святого Духа, оживляющего всё сущее. Я учусь быть внимательным к боли мира, но также замечать чудо распускающегося цветка, смех ребёнка и тепло чашки чая в ладонях. 8. Я знаю, что истинное сострадание рождается из глубокого мира внутри. Поэтому я учусь покою и тишине, как Христос уходил в уединение, чтобы быть с Отцом. Я не бегу от мира, но вхожу в него с миром. Мой внутренний сад — это место встречи с Богом. Из него прорастает моё служение. 9. Я практикую «инклюзивную любовь» — любовь, не знающую границ. Любовь, которую Христос простирал на мытарей, самарян, римских солдат, учеников, и тех, кто Его предал. Я стремлюсь любить так же: не выбирать, кого прощать, а кого нет. Не судить по внешнему. Быть вместилищем любви, а не её судьёй. 10. Я не стремлюсь победить зло в других — я стремлюсь не умножать зло в себе. Я осознаю, что семена насилия, страха, жадности и гнева есть и во мне. Я поливаю семена мира, сострадания, прощения и веры в каждом своём слове и поступке. Это и есть моя духовная брань — не против плоти и крови, но против тьмы внутри себя. 11. Я вспоминаю, что Христос жив во мне — как Дух Любви, как Живое Слово, как тихий голос Совести. Через Его пример я учусь быть светом для мира, даже когда мир темен. Я несу этот свет в тишине, в слове, в служении, в прощении. Я живу не для триумфа, а для присутствия. —————————— Первая версия манифеста была написана в рамках Школы инквайринга в 2021 году.

Лютеранское еврейское служение, начатое елгавским пастором Хаимом Гурландом продолжается. Слава Богу! https://www.facebook.com/sahar.sadlovsky.5/posts/pfbid02UoGeCqyNfnr69zeUzhEqY9fEEgzxQcxbyCVMataS989hQhLEcHCSq8dtyxaKPCCal

Когда я слышу как очередные популисты заводят шарманку про традиционные ценности, мне хочется воспользоваться даром связывать и разрешать и провозгласить в их адрес: «Анафема Маранафа!» https://www.moscowtimes.ru/2025/10/31/duhovnii-fishing-kremlya-a178924

Полнота времени Ричард Рор подчёркивает значимость «тонкого времени», когда мы особенно близки к порогу между этим миром и следующим: То, что некоторые называют «лиминальным пространством» или пороговым пространством (по-латыни limen означает «порог»), — удачное выражение для тех особых моментов, событий и мест, которые открывают нас священному. Похоже, нам нужны особые (священные) дни, чтобы мы могли увидеть, что все дни особенные и священные. Так было всегда, и это появилось не с христианством. Древние обряды посвящения были интенсивным священным временем и пространством, вводившим посвящаемого в заново открытую священную вселенную. То, что стало Днём всех святых и Днём поминовения усопших (1–2 ноября), древние кельты уже называли «тонким временем» (как и 1–2 февраля — День Святой Бригитты и Сретение Господне, когда благословляли и зажигали свечи). Завеса между этим миром и иным считалась наиболее «тонкой» и легко проходимой в эти дни. В такие дни нам предлагают созерцать «глубокое время» — прошлое, настоящее и будущее, собранные в один особенно святой момент. Мы вспоминаем, что наши предки всё ещё в нас и действуют с нами и через нас. Мы называем это «общением святых». Новозаветный образ для этого — «когда пришла полнота времени»: так Иисус впервые возвещает Царство Божие (Мк 1:15) и так Мария подходит к моменту рождения (Лк 2:6). Мы находимся в лиминальном пространстве всякий раз, когда прошлое, настоящее и будущее соединяются в полной готовности. Мы в лиминальном пространстве всякий раз, когда граница между «здесь» и «там» исчезает в нашем сознании. Глубокое время, вместе с учением об общении святых, означают, что наша добродетель — не только наша собственная, равно как и наша порочность — не только наша. Мы по природе своей существа социальные. Мы носим в себе прожитые и непрожитые (и не исцелённые) жизни наших родителей, дедов и прадедов — настолько далеко, насколько могут проследить ДНК и геномы, а это очень далеко. Чтобы создать человека, действительно нужна «деревня». Мы — первое поколение, которое буквально и генетически знает, что это правда. Глубокое исцеление и понимание приходят, когда мы почитаем полный круг жизни. Не удивительно, что сегодня так многих увлекают генеалогические исследования и тесты на предков. Жить в общении святых — значит одновременно серьёзно относиться к себе (мы часть Великого Целого) и не слишком серьёзно относиться к себе (мы лишь часть Великого Целого). Надеюсь, это освобождает нас от ненужного индивидуального чувства вины и, что ещё важнее, освобождает, чтобы быть полноправными «участниками Божьего победного шествия» через время и историю (2 Кор 2:14). Мы участвуем в замысле — и, да, в действительно Великом Замысле. Мы все — очень малая часть очень Большого Дела!

С Днём Реформации! Пусть этот день напомнит нам, что подлинная сила Церкви — не в страхе и принуждении, а в свободе совести, в смелости искать истину и в доверии к благодати, которая всегда больше наших ошибок. Пусть Дух обновления ведёт нас к более глубокому милосердию, к открытым дверям и открытому сердцу — к Церкви, где нет чужих, где каждый человек встречается как носитель достоинства и образ Божий. Soli Deo Gloria — и пусть слава Божья проявляется прежде всего в любви.

Моя жизненная миссия. Манифест. Версия 4.0 (подлежит изменениям и дополнениям в течение всей биологической жизни): 1. Я верю, что каждый человек постоянно развивается (физически, интеллектуально, эмоционально и духовно), раскрывая собственную глубину превосходит себя прежнего, достигая новых вершин, как в области сознания, так и духовного развития. И в этом раскрытии заключается его призвание для этой жизни: любить Бога, любить ближнего и любить самого себя. Развивать и воплощать на практике христианские ценности: сострадание, солидарность, безусловное принятие и прощение, а также служение Богу через служение ближнему. 2. Я постоянно распознаю ограниченные, не отвечающие всей сложности современной реальности картины мира, которые навязываются культурой, обществом, и даже некоторыми религиозными организациями. Превосходить и преодолевать различные формы мракобесия, шовинизма и нездорового фундаментализма через просвещение, образование и работу над распознание негативных и разрушительных моделей мышления. 3. Моя миссия, через обучение, вдохновение и любовь способствовать внутреннему развитию людей, для максимально полного раскрытия их призвания и талантов, данных Богом, а также способствовать делами и проповедуемыми идеями преодолению страдания человеческих существ, вызванных социальными, культурными, национальными противоречиями, несправедливостью или войной. 4. Быть всегда на стороне жертвы, а не агрессора. Мой выбор - сострадания и милости к жертвам агрессии (которыми для меня являются все, чьи жизни, судьбы, психическое и физическое здоровье искалечили войны по обе стороны любого из фронтов). Смотреть на события через недвойственную оптику. Это единственно возможная позиция для меня, как христианина и пацифиста. 5. В моем идеальном мире человек, благодаря глубокой и крепкой вере, духовным практикам, интеллектуальным упражнениям и осознанному развитию достигает своего максимума, а общество таких осознанных людей способно решить существующие социальные, политически и экологические проблемы, и выйти за пределы планеты земля. 6. Мои соратники - люди, которые также участвуют в этом процессе. Священнослужители, богословы, духовные учители, коучи, психологи, специалисты по интегральной философии и концепциям вертикального развития взрослых, романтики и фантазеры, которые не боятся воплощать в реальности сюжеты фантастических романов. 7. Я стремлюсь к тому, чтобы жить в присутствии, в духе благодарности за каждое дыхание, за каждый миг жизни, за каждый встреченный взгляд. Осознанность — это моя молитва, обращённая к Творцу. В каждом вдохе я ощущаю Дыхание Святого Духа, оживляющего всё сущее. Я учусь быть внимательным к боли мира, но также замечать чудо распускающегося цветка, смех ребёнка и тепло чашки чая в ладонях. 8. Я знаю, что истинное сострадание рождается из глубокого мира внутри. Поэтому я учусь покою и тишине, как Христос уходил в уединение, чтобы быть с Отцом. Я не бегу от мира, но вхожу в него с миром. Мой внутренний сад — это место встречи с Богом. Из него прорастает моё служение. 9. Я практикую «инклюзивную любовь» — любовь, не знающую границ. Любовь, которую Христос простирал на мытарей, самарян, римских солдат, учеников, и тех, кто Его предал. Я стремлюсь любить так же: не выбирать, кого прощать, а кого нет. Не судить по внешнему. Быть вместилищем любви, а не её судьёй. 10. Я не стремлюсь победить зло в других — я стремлюсь не умножать зло в себе. Я осознаю, что семена насилия, страха, жадности и гнева есть и во мне. Я поливаю семена мира, сострадания, прощения и веры в каждом своём слове и поступке. Это и есть моя духовная брань — не против плоти и крови, но против тьмы внутри себя. 11. Я вспоминаю, что Христос жив во мне — как Дух Любви, как Живое Слово, как тихий голос Совести. Через Его пример я учусь быть светом для мира, даже когда мир темен. Я несу этот свет в тишине, в слове, в служении, в прощении. Я живу не для триумфа, а для присутствия. —————————— Первая версия манифеста была написана в рамках Школы инквайринга в 2021 году.

Память о всех моих родных связях Идя, я слушаю более глубокий путь. Вдруг все мои предки оказываются позади меня. «Будь неподвижен, — говорят они. — Смотри и слушай. Ты — результат любви тысяч». — Линда Хоган, Dwellings Поэтесса и писательница народа чикасо Линда Хоган описывает, как во время церемонии в паровой хижине (sweat lodge) внутрь собираются элементы земли, сопровождая находящихся там людей: В церемонии паровой хижины весь мир оказывается внутри этого пространства. Мягкий запах дымящегося кедра сопровождает его приход. Всё призывается внутрь. Животные приходят из тёплых и солнечных далей… Ветры приходят с четырёх сторон света. Они проходили сквозь пещеры и дышали через наши тела… Небо здесь со всеми звёздами, свет которых мы видим долго после того, как сами звёзды исчезли. Это место становится насыщенным и священным. Это место огромного сообщества и смирённого уединения: мы сидим вместе в своей одиночности и по одному произносим самый глубокий язык нужды, надежды, утраты и выживания. Мы вспоминаем, что всё взаимосвязано. Цель церемонии — восстановление этой связи: Вспоминание об этом — цель церемонии. Это часть исцеления и восстановления. Это починка разорванной связи между нами и остальным миром. Участники церемонии произносят слова «Все мои родственные связи» до и после молитвы; эти слова создают связь с другими людьми, с животными, с землёй. Чтобы быть здоровым, нужно помнить обо всех этих связях. Намерение церемонии — собрать человека заново, перестроить человеческое сознание… Мы соединяем свои отломанные части — себя и мира. Внутри себя мы собираем фрагменты своей жизни в священном акте обновления и восстанавливаем наши связи с другими. Церемония… ведёт нас к месту равновесия, к нашему месту в сообществе всех существ. Она выправляет нас. Но это не завершённое действие. Настоящая церемония начинается там, где заканчивается формальная, когда мы принимаем новый путь, с умом и сердцем, наполненными видением Земли, которая держит нас в себе, в сострадательной связи с нашим миром. Мы говорим. Мы поём. Мы глотаем воду и вдыхаем дым. К концу церемонии кажется, будто кожа содержит землю и птиц. Пространства внутри нас наполняются. Как и внутри хижины, животные и предки входят в человеческое тело, в кожу и кровь. Земля сливается с нами. Камни поселяются внутри человека. Золотые холмы занимают место… Мы, которые так легко отдаляемся от мира, возвращаемся к великому источнику жизни вокруг нас, и возникает глубочайшее чувство дома в этой интимной родственной связи. Настоящего одиночества нет. Есть уединение и питающая тишина, которая является отношением с самим собой, но даже тогда мы — часть чего-то большего.

Возвращение имен: Урванцев Георгий Сафонович Год рождения 1926, место рождения Год репрессии 1931, спецпоселение в Томской обл. Источник: УВД Томской обл. Урванцев Сафон Николаевич Год рождения 1893, место рождения Год репрессии 1931, спецпоселение в Томской обл. Источник: УВД Томской обл. Коблик Павел Иванович Год рождения 1921, место рождения Год репрессии 1930, спецпоселение в Томской обл. Источник: УВД Томской обл. Коблик Прасковья Ивановна Год рождения 1912, место рождения Год репрессии 1930, спецпоселение в Томской обл. Источник: УВД Томской обл. Левушкан Галина Георгиевна Год рождения 1948, место рождения Томская обл., на спецпоселении Год репрессии , родилась на спецпоселении в семье, высланной в 1931 году Источник: УВД Томской обл

Покров света и любви Когда мы умираем, мы никуда не уходим — мы переходим в непосредственное, бесконечное единение с Богом. Мы переходим в любовь к Богу самой Божией любовью к Себе, которой является Святой Дух. Мы переходим в познание Бога самим Божиим знанием Себя, которым является Христос. — Джеймс Финли, Turning to the Mystics (Обращаясь к мистикам), подкаст Джеймс Финли предлагает медитацию, помогающую ощутить непосредственное присутствие и близость Божией любви — и тех, кто вошёл в неё прежде нас: Представь, что ты сидишь один посреди ярко освещённой комнаты. В комнате нет ни окон, ни мебели, кроме стула, на котором ты сидишь. … Сидя в тишине, ты замечаешь, как свет постепенно меркнет. Когда комната темнеет, по ту сторону стены, на которую ты смотришь, начинает загораться другой свет — всё ярче и ярче. Ты начинаешь понимать, что стена перед тобой — вовсе не сплошная, как тебе казалось, а тонкая вуаль, становящаяся всё более прозрачной под действием света, пронизывающего её и наполняющего темноту комнаты незнакомым сиянием. В этом свете, исходящем из-за вуали, ты видишь Бога, ангелов и святых. Все они смеются и машут тебе рукой, давая понять, как рады, что ты можешь их видеть. Ты тоже начинаешь смеяться и отвечаешь им жестом. Затем Бог, ангелы и святые проходят сквозь вуаль и присоединяются к тебе, и вся комната озаряется совместной радостью и ликованием, в которых твоё собственное присутствие начинает сиять присутствием Бога. Преображённые этим светом, Бог, ангелы и святые берут тебя с собой на небеса — туда, за вуаль, где пребывают все, кто умер и вошёл в Бога. Потом они снова переносят тебя обратно через вуаль — в комнату, теперь наполненную небесным удивлением и светом. Затем — вновь возвращают тебя в небесные сферы, и потом снова — в комнату… И вот ты снова сидишь один, в знакомом земном опыте самого себя, глядя на ту же стену. Всё выглядит так же, как прежде, но внутри всё стало радикально иным. Теперь ты знаешь: да, на одном уровне стена действительно есть стена, но в послесвечении пережитого единства ты понимаешь в глубине пробуждённого сердца, что в конечном счёте стена — вовсе не стена. … Ты был удостоен краткого опыта пребывания в Боге, пребывающем в тебе, — в безграничном общении, которое полностью превосходит и одновременно пронизывает всю тьму и раздробленность этого мира.

Иллюстрированная детская Библия для жителей Таймыра.

Предки Иисуса «И вот два мужа беседовали с Ним, которые были Моисей и Илия; явившись во славе, они говорили об исходе Его, который Ему надлежало совершить в Иерусалиме». — Лука 9:30–31 В одной небольшой христианской общине в Никарагуа простые люди размышляют о значении Преображения Иисуса — особенно о Его разговоре с Моисеем и Илией. Пишущий изнутри движения освобождения священник и поэт Эрнесто Карденаль (на фото) передаёт их мысли: ТОМАС: «А эти двое умерших, что появились рядом с Ним и были очень радостны, — это чтобы мы поняли: они не умерли, они живы, и живут даже лучше, чем прежде». ФЕЛИПЕ, сын Томаса: «Это было ещё и для того, чтобы ободрить их, потому что Иисусу предстояло пройти через то же, что и они…» Они спросили меня [священника], зачем явились Моисей и Илия, и я ответил, что Моисей был великим освободителем народа, вывел его из египетского рабства, а Илия — великим пророком, защитником бедных и угнетённых, когда Израиль снова впал в рабство, в разделение на классы. Оба они были тесно связаны с образом Мессии, ведь говорилось, что Мессия будет вторым Моисеем, а Илия вернётся на землю, чтобы обличать несправедливость как предтеча Мессии (и Иисус сказал, что Илия уже пришёл в лице Иоанна Крестителя). Собравшиеся продолжали вместе размышлять над историей Преображения Иисуса — о том, что значит страдать, надеяться и воскреснуть вместе со Христом. УИЛЬЯМ: «Они говорят о Его смерти, и сами пребывают в славе, разделяя Его славу. Мне кажется, это потому, что все, кто разделяет страдания Христа и борется за Его дело (за свободу), будут разделять и Его славу, как эти два пророка. И я думаю, когда они говорили о Его смерти, речь шла не только о Нём, но и о всех людях, которые вместе с Ним разделят то же счастливое завершение». ОЛИВИЯ: «Как я это вижу, воскресение — это то, что можно начать переживать уже в этой жизни. Христос ещё был из смертной плоти, а они уже видят Его в сиянии, в таком прекрасном свете — каким Он будет после смерти, воскресший. … Они увидели Иисуса уже преображённым в жизни — благодаря смерти, которую Ему предстояло принять. И то, что они там видели, можно отнести и к народу — к людям, всё ещё страдающим. Они преображены, как Христос, даже если мы этого не видим, ведь народ — это и есть Сам Христос». УИЛЬЯМ: «Мне кажется, победа над смертью заключается в том, что человек, делая добро другим, становится частью будущего человечества, которое воскреснет. Даже если твоя смерть прошла незаметно и никто о тебе не помнит, ты продолжаешь жить в сознании человечества. А то, что ученики увидели в тот краткий миг, — это слава будущего человечества».

Продолжение сообщества Преподобная доктор Барбара Холмс описывает дары и мудрость, которые она получила от предков своей веры и культуры: Хотя некоторые люди используют слово предки в очень узком смысле, я понимаю его как указание на наследие и взаимосвязь. Предки — это старейшины, которые изливают свои жизни в сообщество как возлияние любви и преданности. Они живут и умирают достойно, а когда переходят в иной мир, делают это в полном единении с живым, вовлечённым сообществом. После этого они пребывают в пространствах, вырезанных нашими духовными и культурными ожиданиями. Они могут находиться в другом измерении бытия, но продолжают соединяться с нами — во снах, в воспоминаниях и в рассказах. Эти истории несут в себе обещание: сообщество продолжится и после последнего дыхания отдельного человека, а каждый переход будет сопровождён родными с другой стороны. Это космология связи, которая ценит культурные контексты, но и превосходит их; жизнь понимается как непрерывность переходов, разрывов и возвращений. Те, кто признаёт, что «обыденное» пронизано непостижимым, ценят эти невыразимые и внерациональные события как загадочный, но желанный дар. Тот факт, что я выросла в семье, где предположения о трансцендентном и невидимом были частью нашей повседневной жизни, глубоко повлиял на мой путь. В итоге я знаю, что я не одна. Я связана с прошлым и будущим узами хорошо прожитых жизней, тайной «запредельного» и памятью, историями, которые с любовью поддерживают и объединяют меня. Когда придёт мой час, я надеюсь, что у моей постели окажется кто-то из старших моего рода, уже перешедших в царство предков. Но я не ожидала, что соприкосновение произойдёт раньше. И всё же вот я здесь, в своей работе, слышу голоса борцов за освобождение, которых никогда не встречала лично. Оказывается, они — мои старшие, так же, как если бы занимали ветвь на моём родовом древе. Они завещали нам всем наследие решимости, сопротивления и духовной широты. Холмс указывает на опыт Иисуса, связанный с Его духовными предками: Христианство прячет своих предков у всех на виду. Те, кто знаком с Библией, знают, что Иисус имел весьма публичный разговор с предками на глазах у избранных учеников (Матфея 17:1–13). Мы подбираем безопасные слова и образы — такие, как «молитва» и «преображение», — чтобы утишить своё беспокойство перед контактами с предками, предполагающими пересечение измерений. Предки в контексте наследия африканской диаспоры — это члены семьи, которые посвятили свои жизни благу рода. При жизни они живут достойно и ради других. Хотя они люди и нередко ошибаются, их редко ослепляют эго или стремление к земным приобретениям. Они также достойно переходят на другую сторону и продолжают своё ходатайство и молитвы за живых.