Тексты Тела

Хочу поделиться с вами главой из Intimacy in Emptiness, в которой Джанет Адлер обращается к опыту введения в практику одной из Движущихся. Hineni переводится с иврита как "Вот я" или "Я здесь", но на самом деле означает нечто большее: так я подтверждаю свою готовность совершать то, что предстоит совершить. Можно читать под песню Леонарда Коэна "You want it darker". Много ясности в самом начале практики - это хорошо. Пусть этого будет больше.

Шведский модернист Артур Лундквист, 1944 год. Из сборника «Между богом и зверями». (пер.Н. Пресс) Твои стихи - надгробие над тем, что существует. Никто и ничто не выживет, но всё меняется, мир переплавляется в утробе с пылающими стенками: безжалостно рождение очередное тех, кто уже рождён! Твои стихи - надгробие столь милым сердцу привычкам, любовь по вечерам под одеялом, смерть на диване подле букета в вазе, долины без полива, окаменевшие высоты и кровожадный свет. Ступеньки в будущее выстроены из неисчислимых тел. Мысль уготовила конец состарившимся чувствам. За неизбежностью конца маячит реальность-революционер. Обещанья пламени! Банки, церкви и дворцы: расхищенья пламени! Мимо болезни мёртвых вод и сновидений. Неумолима словно пламя сварщика новая любовь, она заставит, неизбежно и ужасно, поверить в свою истину. В кривящемся от страха зеркале ты видишь, как рухнут трубы, как обратятся в бегство женщины с горящими детьми. Как кегли и осколки мужчины падают на землю, летят сквозь воздух, в море. Как воссоединятся пролитая кровь, дыхание, преданная плоть со стихиями! Рыбы, птицы, черви найдут их и сжалятся над ними: вот работники преображения! Людей швыряет неумолимый ураган, хруст рёбер, посреди неудержимых волн, на трясущихся мостах, в зареве внезапного пожара. Любимых отрывает друг от друга и кровь течёт по щёкам. O какие образы, какие обещанья, какие сны встают между блуждающих стен из огня! Обними живую плоть: лишь одно мгновение принадлежит тебе, И грохот мира обрушится в тебя опять!

Вспомнилось сегодня

В связи с безвременной кончиной директора музея Анны Ахматовой Бориса Анатольевича Архарова презентация книг издательства, запланированная на 20 октября, отменяется. О новой дате мы сообщим дополнительно.

Я очень люблю жанр лирической прозы, и сейчас мне очень откликается Луиза Глик. Полный текст под катом ниже. «Пойдем, сказал он, беря меня под руку. И мы пошли вокруг озера - по моему ежедневному маршруту. Я вижу, сказал он, ты уже не хочешь возвращаться к прежней жизни, то есть двигаться по прямой, как нам предлагает время, а скорее (и тут он показал на озеро ) идти по кругу, стремящемуся к безмолвию в глубиной сути всех вещей, хотя мне больше нравится думать об этом как о циферблате часов. Сказав это, он вынул из карман большие часы, с которыми никогда не расставался. Посмотрим, произнес он, сможешь ли ты понять, посмотрев на часы, какой сейчас день - понедельник или вторник». https://telegra.ph/Otricanie-smerti-Luiza-Glik-10-17

Ещё немного therapy poetry. Джефф Фостер ЛЮБОВЬ БОЛЬШЕ ЛЮБВИ Люби, зная, что завтра любимого может здесь и не быть, зная, что сегодняшний день может стать последним днем подлинной встречи, зная, что тебе не дано знать, чем закончится эта история. Ибо что останется в этой жизни, если тебе нечего терять? Гори, гори всем сердцем, гори до боли, гори что бы ни говорили люди, гори вопреки насмешкам, отвержению и непониманию, гори так сильно, чтобы уже не думать о том, что будет с тобой. Тони, тони и погружайся в сладкую горечь таинства любви, люби, не зная, что такое любовь, как глупец, как очарованное дитя, как безумец, как тот, кто забыл, как быть циничным или как быть правым. Люби до дрожи в голосе, пока не застучит сердце и не задрожат ноги, пока все твои философии не превратятся в пыль, а ум не склонит голову в стыде и почтении. И тогда ты окажешься в самых темных местах, огонь в твоем сердце зажгут те, кому ты никогда не мог открыть свое сердце, и тебе напомнят о том, что ты в глубине души знал всегда: Придет время, и ты позабудешь все, кроме двух вещей: как умирать и как любить.

Последний R.I.P. Луизе Глик Миф о Невинности. Луиза Глюк. 2006. Однажды летом она уходит в поле как всегда, подходит к озеру, где так часто смотрит на отражение в воде, чтобы увидеть, есть ли перемены. Видит прежнюю себя, ужасные покровы дочернего её не покидают. В отраженье кажется, что солнце очень близко. Дядя за мной опять шпионит, думает она — всё в природе в каком-то смысле ей родственно. Мне никогда не быть одной, так думает она, И мысли превращаются в молитву. Потом приходит смерть – ответом на молитву. Теперь никто не понимает, как он был прекрасен. Но Персефона помнит. Помнит, как обнимал её, на этом самом месте, а дядя наблюдал. Вспоминает, блики солнца на его плечах. Последнее, что она помнит ясно. И тёмный бог её унёс с собой. Неясно, но всё же помнит, леденящее сознание того, что с этого момента без него не сможет жить как прежде. Девушка, которую украли у воды, уж больше не вернётся. Вернётся женщина, и бросится искать ту девушку, которою была. Она стоит у озера и повторяет то и дело, Меня похитили, но в этом есть что-то не то, ведь ей так не казалось. И она говорит: Меня никто не похищал. И она говорит: Я предложила себя сама, хотела Убежать из тела. И даже иногда: Я сама того желала. Но неведенью не суждено желать познания. Неведенье желает воображаемого, и думает, что оно существует. Существительных имён так много — она их повторяет круг за кругом. Смерть, муж, бог и незнакомец. Всё звучит так просто и традиционно. Должно быть, я была тогда обычной девушкой. Она уже не может вспомнить себя такой, но продолжает думать, что озеро всё помнит и объяснит ей смысл её молитв, тогда она поймёт, услышаны они иль нет.

И еще один из любимых текстов Луизы Глик. Миф о преданности. 2006 (пер.Н.Пресс) Решив, что любит эту девушку, Гадес построил ей копию земли, всё в точности как там, и даже луг, добавил только ложе. Всё в точности как там, и даже солнца свет, ведь юной деве будет тяжело так быстро уйти от света к кромешной тьме Постепенно, думал он, я познакомлю её с ночью, сначала будут тени и трепет листьев на ветру. Затем луна и звёзды. Потом ни звёзд, ни луны. Пусть Персефона привыкает постепенно. В конце концов – так думал он – ей будет хорошо. Копия земли во всём, вот только здесь ещё была любовь. Разве не все хотят любви? Ожиданье длилось много лет, он строил мир, и наблюдал за Персефоной на лугу. Персефона так любит запахи и вкусы. Если аппетит уж есть, подумал он, то ко всему. Разве не все хотят почувствовать в ночи возлюбленное тело, компас, полярную звезду, услышать тихое дыхание, что говорит Я жив, а это значит, что и ты жива, ибо ты слышишь, ибо ты здесь со мной. Обернётся один, обернётся и другой — Вот о чём думал повелитель тьмы, глядя на мир, который он создал для Персефоны. Ему не приходило в голову, что здесь не будет запахов, и уж точно вкусов. Ужас? Чувство вины? И страх любви? Всё это ему в голову не приходило; влюблённые не думают об этом. Он мечтает, не знает, как назвать свой новый мир. Сначала думает: Нью-Ад. Или быть может: Сад. И наконец решает назвать его Девичья Персефоны. Мягкий свет поднимется над лугом, за ложем. Он поднимает её на руки. Хочет сказать: Люблю тебя, всё будет хорошо, но думает, что это ложь, и в результате говорит ты умерла, всё будет хорошо, и это кажется ему началом многообещающим и более правдивым.

Умерла американская поэтесса, Нобелевская лауреатка Луиза Глик (1943-2023). Перевод цикла её стихов о Персефоне стал отправной точкой для создания фильма вместе с прекрасной командой: Дина Верютина, Григорий Глазунов, Наталья Жестовская. Положу ссылку на фильм здесь для тех, кто не видел https://vimeo.com/814177796

О чём думаешь, с головы до ног покрытая Его взглядом, телом, ещё не обратившимся в столп из слёз медузы, с пылающими купиной волосами? Сожжённая заживо, смотришь в белую пену, выступающую на губах океана, о чём думаешь, изнутри укутанная Его взглядом? Руками ловца рыб среди облаков и птиц под водой? Собираешь погибших детей, обгоревших врагов, расстрелянных издалека и в упор, а сама с Ним вполголоса, но настойчиво ведёшь разговор, что вроде как зря, и необходимости, в общем-то, нет, можно было б и по-хорошему, а не так, коленями на горох, не так – внутренностями на мины, всё бормочешь под нос, чтобы Его не нарушить покой, чтобы не дай бог не разбудить Его. Не своди с Него глаз, отважно смотри под ноги и никогда – вперёд, ему кажется верной дорогой выгорает под нами земля, забирая весь воздух в нелёгкие фразы любви. Это метаспас, дорогая. Метаспазм на крови.

Если вы еще не видели: фильм «Слышишь?» выложен на YouTube. Удобно делиться ссылкой :) https://youtu.be/usbrqjXoy8k?si=jZGJJM9r9e6uxjcT

Прекрасный дышащий фильм. Поздравляю создателей и радуюсь красоте❤️