Александр Гофман

Отличная подобралась компания к грядущему Бессону. Хочу употребить обоих двойным сеансом, причём в случае с Жуде, уверен, это будет синефильский пир на весь мир.

Понедельник становится несравненно краше, когда в него врывается Маргарет Куолли и её преисполнившийся статуарного изящества фотосет.

А вообще, если подумать – Together здорового человека едва ли не за полвека до премьеры снял Анджей Жулавски. По-моему, лучшей терапией по-прежнему остаётся шоковая. Потому и сам фильм с годами постоянно приобретает множество новых поклонников.

​Про Together, как вы знаете, было написано немало громких слов. Что это «Субстанция» 2025 года (привет, Эмили Блихфельдт); что это как если бы Кроненберг решил снять романтическую комедию про кризисные отношения (см. A History of Violence); что это выдающийся пример актёрской саморепрезентации в современном медиуме (конкретно здесь я могу назвать такое количество гораздо более удачных примеров, что даже не буду и начинать). Наверное, для Дейва Франко и Элисон Бри – супругов в реальной жизни – это и правда была продуктивная терапия, но к ней очень тяжело подключиться, находясь по ту сторону от экрана; парадокс, но сюжет о нерушимой, детерминистской, фаталистской связи двух антагонистичных организмов начисто лишён полноценного слияния зрителя и нарратива. Это мог быть ещё один заход на территорию неисчерпаемых смыслов платоновского мифа о пещере, или размышлением на тему того, что нет ничего страшнее безотчётного и часто вынужденного растворения в другом, пусть и ставшем для тебя самым близким, человеке, или постмодернистской сатирой на институт брака, переведённой на язык гипертрофированной телесности. Вместо этого режиссёр Шэнкс мыслит полумерами – предпочитая корявую графику практическим спецэффектам и подменяя целостность драматургии сколь помпезными, столь же и бессмысленными решениями. Если это история про созависимость, всегда предполагающую энергию неуверенности, то почему её вполне себе уверенно венчает хэппи-энд? Если деконструкция жанра – боди-хоррора, ромкома и инди-мелодрамы – то где хотя бы минимальное погружение в их внутреннюю логику и контекст? Если про влечение, часто (воз)рождающееся из отторжения – то как вышло, что даже единственная сцена секса решена как убивающий любое напряжение слэпстик? Это местами талантливо сыгранное (в первую очередь Элисон Бри) и технично поставленное кино множества экстравагантных моментов – но им, увы, так и не было суждено собрать себя в одно целое.

​Получил неожиданное удовольствие от «Хищных тварей». Формально это второсортный полуторачасовой хоррор про акул, маньяка и девушку – с несколькими необходимыми для сюжета мелодраматическими обертонами и квазифилософскими размышлениями о природе свободы и, соответственно, хищных тварях, которые чаще всего скрываются в телах не агрессивных накачанных социопатов, а сильных и независимых сёрфингисток. Ну а если по существу – режиссёр снимает неглупое (ещё более неглупое!) кино о противостоянии не столько жертвы и душегуба, сколько автора и материала. Убийца здесь фиксирует свои многочисленные экзекуции на камеру, но как только дело подходит к главной героине, его рукотворный эксплутационный кинематограф разваливается – вплоть до того, что акула, вопреки негласным законам жанра, под занавес демонстрирует выдержку и благородство, которыми большинство людей обделены. То есть ирония в том, что кино не только вполне осознанно мимикрирует под прямолинейный напористый эксплутаейшн – но и вытаскивает все кризисные точки исследуемого стиля через феминистскую оптику, не укатываясь при этом в открытую мизандрию и умудряясь выдерживать такой баланс, чтобы на сюжетном скелете постоянно оставалось подпитывающее динамику мясо. Шутка ли – тут даже Джай Кортни оказывается на своём месте, одновременно и удачно развивая, и деконструируя дуболомное ультрамачистское амплуа! Словом, в Австралии даже акулы как будто с другой планеты.

​Досмотрев первый сезон «Андора», понял, почему это самый непопулярный сериал во вселенной «Звёздных войн». Гилрой и команда впервые с 80-х выдали нечто большее, чем просто продукт с узнаваемым лейблом на фюзеляже – их космический корабль словно вынырнул не из параллельной кинематографической, а нашей с вами, вполне себе приземлённой, вселенной. Если Лукас на старте превратил людские души в испытательный полигон для противостояния света и тьмы, то создатели «Андора» шагнули ещё дальше и извлекли из своих персонажей массу не укладывающихся в сказочные архетипы оттенков. Это мир, в котором каждый из нас становится героем или злодеем в зависимости от обстоятельств. В котором вчерашний тюремный вертухай может зажечь революционное пламя. В котором имперским офицером может руководить не авторитарная идеология, а честолюбие. Мелкое зло во имя большого добра не гарантирует тебе искупления, система – это всегда не только коллектив, но и один человек, а сильнее страха бросить вызов режиму может быть только страх вызова привычным для себя ценностям. Ровно на такой же вызов отвечают и сами создатели – переработав каноничные философию и эстетику и сделав ставку не на изобразительную мощь, а интеллигентный, собранный нарратив с разветвлённой системой антиутопических сдержек и противовесов. Можно сказать, что пресловутая непопулярность «Андора» у массовой аудитории коррелирует с его повстанческим пафосом – ведь перед нами редчайший сериал, которым хочется делиться ни с кем попало, а лишь пригласив в избранный зрительский круг. Так вот – делюсь!

Чисто на концептуальном и актёрском (Олсен – это вам не флегматичная Дакота Джонсон!) уровнях выглядит как «Материалистка» здорового человека. Если и ромкомы, то желательно только такие.

До сих пор не могу поверить, что Тарантино продал сценарий, Финчер стал режиссёром, а Брэд Питт вновь согласился сыграть Клиффа Бута. Когда первоапрельская шутка внезапно переросла в ещё один проект мечты с мультивселенной двух лучших американских мейнстримовых режиссёров прямо сейчас.

Досматриваю первый сезон «Андора», и имею сказать по такому случаю, что программный монолог Энди Серкиса о том, что «я лучше умру, пытаясь с ними бороться, чем умру, дав им то, чего они хотят» – одна из самых сильных, выверенных как актёрски, так и драматургически, сцен в истории «Звёздных войн» вообще. Мне на голову как будто уронили Звезду Смерти. Блеск!

Сиквел «Счастливчика Гилмора» неожиданно подарил нам несколько приятных минут Нет, безусловно, это – традиционно одноклеточная сэндлеровская комедия: количество голых (чаще, к сожалению, мужских) задниц превышает только набор надёжных шуток про член, где-то с треть хронометража – засилье необязательных звёздных камео и бесстыдно интегрированных в сюжет флешбэков из оригинала, не говоря уже о том, что даже на стриминге сейчас не принято шутить настолько бездумно, безапелляционно и вразрез всем пестуемым социальным трендам. Но «Гилмор» этим и ценен – как хамский привет из нулевых с ожидаемо ностальгическим эмоциональным бэкграундом. Учитывая, что Сэндлер по сюжету отстаивает честь аналогового гольфа перед лицом высокотехнологичной и ориентированной на современность угрозы – данный сюжет не без изящества коррелирует с заданными режиссёром эстетическими координатами. Потому и главный злодей из оригинала (очень смешной Макдональд) здесь превращается в едва ли не лучшего друга главного героя – а роль откровенно мухлюющего капиталиста не без удовольствия играет Бэнни Сэфди, лицо современного и во многом экспериментального авторского кинематографа. Идеологически сквернословящий гольфист с антропометрией и повадками хоккеиста осталсядалеко в прошлом, это рудимент эпохи, аномальный, как столь часто поминаемый тут ботинок в заднем проходе, и, чего уж там, неудобный, как гвоздь в голове одного из наиболее колоритных поклонников Гилмора – но всё ещё резонирующий с жанровыми конвенциями так, чтобы выдавить из нас частичку глупого, шумного, беззаботного смеха. #Новинки

В каком-то смысле получилось не самое дурное пятничное кино – вглядываюсь, что у него между строк:

А так – сильнейшую претензию на звание главного визуального шедевра года пока заявляет «Франкенштейн» Гильермо дель Торо. Не каждый автор справляется с давлением во время работы над проектом мечты, но мы можем вспомнить, что получилось, когда ему наконец удалось найти финансирование под «Лабиринт Фавна».