Александр Гофман

Тизер нового Куарона, который уже на уровне творческой команды выглядит мощной заявкой на главное телевизионное событие этого года. Хороший повод, чтобы прервать молчание.

Пережил сегодня – по-другому и не скажешь – «Баню дьявола», рядом с которой теперь даже Longlegs кажется лёгкой прогулкой: представляю, что стало с теми попкорноедами, которым маркетологи усиленно впаривали очередную «Одержимую». Меж тем у нас тут призёр Берлинского фестиваляза выдающиеся художественные достижения, аскетичная – если не сказать анемичная – и монотонная трагедия в упаковке физиологического слоубёрнера: иногда тут отрезают головы и пальцы, но всё самое страшное происходит в дрожащих глазах главной героини. Она, если верить режиссёрскому тандему Фиала и Франца, списана с реальной девушки, пережившей на себе жуткий социологический феномен Австрии 17 века. Тогда считалось, что самоубийцы будут гореть в аду, поэтому люди, жаждущие добровольно уйти из жизни, подвергались состоянию, которое и называлось «баней дьявола» – им нужно было кого-нибудь убить (чаще всего детей) и с чистой (перед богом!) совестью отправится на казнь. И вот мы два медленных часа наблюдаем, как Агнес – впечатлительную и хрупкую, подобно бабочке, девушку – ломает ранний брак, полный недомолвок и абсурдных для сегодняшнего взгляда ожиданий: никто ни на кого, вопреки стереотипам, не поднимает руку, но вся ситуация сводит с ума почище самого свирепого абьюзера. Насколько легко непререкаемая божественная догма может подтолкнуть в объятия дьявола мы, предположим, знали и раньше, но мало кто мог настолько глубоко забраться в подкорку к человеку, взятому в коллективные ментальные тиски. Когда-то подобные тиски сплющивали целые поколения до состояния животного рефлекса, превращая в запуганного, ощетинившегося и очень опасного зверька, вынужденного вымаливать себе освобождение перед звенящей потусторонней пустотой. Тот случай, когда кино сделано по-настоящему мастерски, но ты встречаешь финальные титры не без искреннего облегчения; комплимент это или предостережение, решайте сами. #DesTeufelsBad#Ревью

Немало впечатлен индийским Kill, который у нас в прокате пустили как (которую уже по счёту?) «Схватку». Первым делом отмечу формальный приём: что первые сорок минут это мало чем выделяющийся сентиментальный боевик про поезд, который грабит разветвлённый семейный бандитский выводок, ненароком ломающий судьбы случайной девушки и её возлюбленного спецназовца Амрита – а потом начинается один сплошной секир-башка. До индонезийских мясников ребятам пока, правда, расти и расти, но дробить кости и орудовать холодным оружием они учатся с огромным энтузиазмом – а где недобирают своё техникой, на помощь приходят наглость, изобретательность и не всегда адекватный масштаб: противники раскладываются по вагонам штабелями, при этом все более или менее идейно замотивированы – это как бы история про месть, но с обоих концов, так что свирепые акценты выточены обстоятельствами, а не слепо продиктованы спецификой экшен-сегмента. Название Kill, кстати, появляется на упомянутой выше сороковой минуте – когда происходит фундаментальный интонационный перелом: режиссёр с готовностью втыкает нож (причём втыкает по самую рукоятку!) в славящийся сантиментами дух позорного болливудского эксплуатейшена, и делает это настолько убедительно, что у недавнего «Манкимэна» полопаются глаза от зависти. Тут вам и лица, расплющенные огнетушителями (до Гаспара, впрочем, ещё далеко), и превращённые в файербол головы, и хруст, передающий привет С. Крэйгу Залеру, идаже несколько по-игропрестольски эффектных смертей. Во всём этом просматривается, конечно, прямолинейный социальный комментарий, но Kill прежде всего о губительности братоубийственной войны в масштабе народа и традиционных скрепах, толкающих людей на отчаянные, губительные поступки; большая часть персонажей вовлечены в конфликт не по своей воле, отчего эта яростная и хаотичная поэзия смерти звучит в финале как-то особенно пронзительно. Не провороньте – фильм как раз на той неделе пустили в отечественные кинотеатры. #Kill#Ревью

​Ещё нагнал «Марс Экспресс» – сборник старых хитов из литературного и кинематографического киберпанка: Филипп К. Дик и Айзек Азимов, «Призрак в доспехах» и Пол Верхувен, такой забористый и циничный неонуар, в котором сломит копыто даже самая смышлёная электрическая овца. Причём все эти проржавевшие клише постепенно собираются в трогательного андроида, который умудряется не раздражать своей эрудицией: авторы не могут предложить ничего нового на тему технологической сингулярности и жутко модного ещё со времён «Бегущего по лезвию» декардианства-картезианства, но нисколько не стесняются этого обстоятельства. В данном случае все философские и этические парадоксы, в финале несколько подвисшие в воздухе, служат обрамлением для ловкого упражнения в жанре – с на редкость обжитым миром и действием, в финальном акте набирающим какие-то сумасшедшие обороты как по линии драматургии, так и замысловатой экшен-траектории. Отдельно радует тот факт, что авторы не миндальничают со зрителем и вываливают на него целый сонм мрачных алармистских прогнозов и фантазий – в эпоху, когда ИИ развивается семимильными шагами, а по всему миру запускаются первые бордели с синтетическими моделями, это приближает антиутопический пафос «Марса» на шаг ближе к жизни. Словом – храни машинный бог особо продвинутых французов. #MarsExpress#Ревью

​Чем, на мой взгляд, интересен Longlegs? Понятно, что маркетинг этого фильма продавал аудитории нечто совершенно противоположное; что детективная интрига по большому счёту не стоит и выведенного яйца, а основные характеры и мотивировки шиты белыми нитками (как, например, Харкер вообще взяли в ФБР с таким бэкграундом?); что, наверное, славный жанр дефективного детектива не очень гладко ложится на всю эту экстрасенсорику и мистицизм. Но это кино, как уже многие подчеркнули, про ощущения – переживания запуганного, сломленного, маленького человечка в большом холодном и открыто враждебном мире. Этим человечком является персонаж Ли – спецагент не от мира сего, вечно напряжённая, растерянная, сомневающаяся девушка: тут очень пригодилась несколько неземная, почти кукольная красота Майки Монро. Этим человечком является и её мать – до поры вместо отторгающей её земной тверди ищущая утешения в небесах. Этим человечком является Длинноногий – фактически сломанная игрушка в руках тёмных сил: и уродующий Кейджа грим – несомненно, прежде всего про внутреннюю, а не внешнюю деформацию. Этим человечком, в конце концов, является и сам Осгуд Перкинс – ребёнок, от которого мать, «позволив расти», скрывала «грязный», как было принято тогда считать, отцовский секрет; в конце концов, Энтони, многими публично осуждаемый, погиб от СПИДа, а мать однажды села на один из самолётов, направленный в Башни-близнецы – и не вернулась. Так Осгуд остался совсем один. Но если герои возведённых им экранных миров пытаются согреться в языках адского пламени, то режиссёр может позволить себе публичную рефлексию – творчество, хоть и направленное на сей раз в широкие массы, но по-прежнему впускающее внутрь разбитого сердца сквозь непомерно завышенный порог: кому-то это может показаться претенциозным актом самолюбования (и часть из этих обвинений легко понять и обосновать), но люди с длинными ногами вполне могут получить от этой истории даже больше, чем рассчитывали. Плюсом идёт ироничный контекст, когда отдельные диалоги и ситуации явно намеренно выбиваются из ожиданий – то есть человек даже в очень личном для себя кино о молчании бога, неминуемо провоцирующем на диалог с дьяволом, находит силы если не для смеха, то для внушающей оптимизм тёплой улыбки. Давайте же улыбнёмся и все мы в благодарность за то, что нам не подсунули ещё одну отрубленную голову в коробке. #Longlegs#Ревью

Когда у «Дома дракона» внезапно вышел полноценно хороший эпизод:

​Наконец-то посмотрел Aggro Dr1ft – не могу не признать, что эксперимент занятный, но и, как часто бывает с данным автором, довольно утомительный. Это как если бы один из эпигонов Малика вдруг откатился в пубертат и снял полуторачасовой клип про непростую пацанскую миссию по очищению земной благодати от адских нечистот – причём действие, переведённое в инфракрасной спектр, явно символизирует надетый на картинку специфический мефистофельский фильтр. Главный герой большей частью не произносит, а зачитывает свой высокопарный внутренний диалог («Я самый крутой убийца!», «Мне нужны только деньги!»), есть забавный персонаж Трэвиса Скотта со змеиным языком, центральный конфликт включает в себя потешно отрисованный демонический бестиарий и антагониста с пропорциями бодибилдера и привычкой совокуплять свою катану. Для Хармони Корина это, понятно, очередной формалистский вызов, попытка обрести через ещё одну радикальную выходку вторую молодость – даже финал против всех ожиданий проповедует свет («Бог есть любовь!») и надежду на передачу творческой эстафеты новому, ещё более смелому (или безумному?), поколению. Но проблема фильма, как, извините, высказывания – в том, что искомая вторая молодость снова превращает Хармони в подростка, которому изо всех сил хочется перекричать взрослых: так было и с «Гуммо», и с «Ослёнком Джулиэном», и с «Трахальщиками мусорных бачков». Но подросток недавно разменял шестой десяток, и его лучшие работы – как раз те, где был нащупан компромисс между непосредственностью мышления и зрелостью изложения: поэтому из «Мистера Одиночества», или тех же «Отвязных каникул», получилось по-настоящему улётное, многократно усиливающее фирменную кориновскую придурь, кино. А так это не более, чем позёрство, жест, чья красота сохраняется исключительно на бумаге – и на длинной дистанции становится не так уж важно, совокупляешь ты мусорный бачок или самурайскую катану. #AggroDrift#Ревью

Вселенная MCU ещё через пять лет:

Во время просмотра Longlegs краешком глаза поглядывал на вытянутые лица привычно затарившихся пивом и попкорном зрителей и еле сдерживался, чтобы не взвизгнуть от восторга. Круче могло быть, если бы студия Neon раскручивала, не знаю, фон триеровского «Антихриста», но и на том огромное спасибо. Ну а само кино – нет, не с одной полки с «Молчанием ягнят» и «Зодиаком», но и режиссёра Перкинса, как мы помним по предыдущим фильмам, интересуют совершенно иные методы и темы. Слава Сатане.

Х/ф «Смерч», если бы за его постановку взялся я:

Когда ты серьёзная драматическая актриса (см. трейлер), а большинство зрителей до сих пор зовёт тебя Алой Ведьмой:

Ремейк «Смерча», который выдают за его сиквел, симпатичный, но с синдромом инди-режиссёра на поводке у крупной студии. Т. е. вместо романтики постылый гуманизм (Спилберг – сухарь!), а вместо революционного экшена (как было в 90-е) имеем пару-тройку сцен, никак не оправдывающих цифр заявленного бюджета. Ну, хотя бы навалили крупняков Дэйзи Эдгар-Джонс! Опять-таки, не мог отделаться, какую мелодраматическую линию с ней и Пауэллом мог бы выкрутить ну хотя бы тот же Эммерих в свои лучшие годы. #Twisters