Тексты Тела

Молитва благодарности Джаннина Ведде Благодарю тебя, Тишина: ты учишь меня не отворачиваться от мыслей. Даже от тех, что омрачают мир, что возникают из морей сомнений. Благодарю тебя, болезнь, ты учишь меня отпускать беспощадность. Быть терпеливой с этим телом, нежным и временным, как цветение сакуры. Спасибо, незнакомец, ты учишь сомневаться. Учишь выходить за пределы того, что считала своей натурой. Спасибо тебе, страх: ты учишь быть простором, где место есть и смелости сердца, и дрожащим рукам, и так случается жизнь. Спасибо, радость: ты учишь не мешать Тебе искать меня. Не после всех сомнений, болезней, конфликтов, страхов — а посреди всего. В любое время. (перевела Наташа Пресс, танцуя на улице под The Rip Portishead)

она посреди пустоты качается дерево не ветками, но стволом не стволом, но соком незаметно стороннему глазу шепчет: постой, потихоньку, не сразу и на миллионный раз внутри дерева жизни откроется глаз что-то внутри открывает глаз и в несотворенном сейчас видит черное око напротив то, что смотрит всегда даже в нигде, растекающемся в никогда тот, кто смотрит невидяще и защищает дерево жизни от жизни колесо сердца от сердца и конечно же смерть — от самой себя покачайся со мной стану петь и качать колыбель до тех пор пока этот не затуманится взор ты забудешь закроешься и перестанешь видеть то, чего нет. Так неизбранный цвет поглощает весь свет. Только в бархате тьмы случается вдох и появляется мы. Слышен тихий стон — это звук, с которым приходит Он.

С Днём филолога, дорогие друзья и многоуважаемые коллеги! Давайте помнить, что в нашей потрясающей профессии эрудиция и острота ума должны всегда сочетаться с открытостью и чистотой сердца исследователя и его общечеловеческой солидарностью, иначе в произведениях настоящих писателей и творцов мы мало что поймем. Лично для меня филология тесно связана с общей наукой о жизни во всех ее проявлениях, и она помогает постигать текучий и таинственный мир в его сложности и глубине, побуждает быть не только интеллектуально, но и духовно развитым человеком. В нашем деле одна только точность в слове ("букве") без всякой любви к говорящему и пишущему (к примеру, агрессивное указание на чужие "ошибки" без малейшего чувства эмпатии) - суета и падение в бездну. Будем любить не только слово и науку о слове, но и пишущих, говорящих, читающих и исследующих. Любовь для нас и есть наш главный познавательный инструмент.

ТОМ ХАЙРОНС КАК ПИСАТЬ ПОСЛЕ ОТЧАЯНИЯ Далеко за идеями о надежде и отчаянии есть поле — встретимся там. Жизнь так коротка, и я потратил столько времени на пустые переживания О своем весе / О странном разбитом сердце / о том, как нужно жить Как быть человеком или мужчиной. По стогам сохнущего сена скачет галка. В кустах сирени суетятся воробьи. Мир сгорает в огне, а я представляю себе зайца на языке удивления и слушаю утренних птиц, пока солнце встает над холмом. Нам дарована песня, и мы превращаем её в слог, предложение или список. Это // то // что-то ещё Все мы — безумные сироты. (перевела Наташа Пресс)

Перечитываю великолепную «Тишину» Джона Кейджа. Больше тишины, ещё больше. «Почему я должен продолжать задавать вопросы? Есть ли какая-либо причина задавать вопросы? Задать ли вопрос, если он не в словах, а в звуках? Если слова – это звуки, музыкальные ли это звуки или только шумы? Если звуки – это шумы, но не слова, имеют ли они значение? Музыкальны ли они? Например, есть два звука и два человека, и один из каждой пары прекрасен, происходит ли между всеми четырьмя какое-либо общение? И если есть правила, кто их придумал, спрашиваю я? Я имею в виду, начинается ли это где-нибудь, и если так, где заканчивается? Что случится со мной или с вами, если мы будем вынуждены находиться там, где нет прекрасного? Я спрашиваю вас, поскольку звуки тоже существуют во времени, что же произойдет с нашим слуховым опытом, вашими, моими, нашими ушами, слухом, что случится, если звуки в какой-то момент перестанут быть прекрасными, и единственными звуками, которые можно будет услышать, будут не прекрасные, а ужасные, что с нами будет? Будем ли мы еще способны так воспринимать слухом, чтобы считать ужасные звуки прекрасными? Если мы откажемся от красоты, что у нас останется? Останется ли у нас истина?» #enjoythesilence

МЭРИ ОЛИВЕР ДАР Покойна будь, душа моя, держись. Земля и небеса всё так же наблюдают, хоть время вытекает из часов и из походки — когда-то столь уверенны и быстры, теперь замедлились шаги. Итак, будь медленной, если так нужно, но сердце пусть останется собой. Люби как ты любила, полным сердцем, без оглядки. Благодари и мир, и Бога. За дар, что дан тебе. (перевела Наташа Пресс )

​​ЕСТЬ ЛИ В ЯПОНСКОМ СЛОВО «ВАБИ-САБИ»? На одной из моих поэтических встреч слушатель написал в комментариях, что один известный лектор уверяет, что в японском языке нет такого слова. Я вспомнила свои студенческие годы, когда я изучала средневековую литературу. Мы тогда не употребляли слово «ваби-саби», а различали два разных понятия «ваби» и «саби», и постоянно путались, так как часто не могли определить, чем «ваби» отличается от «саби». Но мы писали эти слова отдельно, не на дефисе, как это принято сегодня в развлекательной прессе. В чайном мире я тоже не слышала, чтобы эти эстетические концепции смешивали в одну. Более того, иероглиф, которым записывается «саби» 寂 — это же знаменитое понятие «дзяку» («умиротворение»), один из четыре главных принципов чайного действа. А понятие «ваби» присутствует в самоназвании подхода к приготовлению чая в школе Урасэнкэ: он называется «ваби-тя», («смиренный чай»). Под «ваби» понимается спокойное состояние человеческого ума, которое и достигается с помощью чайного действа. Однако «ваби» можно объяснить и через поэзию: Тем, кто жаждет только цветов, Показать бы им весну, Когда в горной деревне, Сквозь снег пробивается Первый росток 花をのみまつらん人に山里に雪間の草も春を見せばや хана-о номи/ мацуран хито-ни/ ямадзато-ни/ юкима-но куса-мо/ хару-о мисэба я Это пятистишие Фудзивары Иэтака приводится в чайных трактатах как произведение, передающее суть чайного действия, концепции смиренной красоты «ваби», а также истинного восприятия действительности: «Живущие в мирской суете денно и нощно вопрошают, когда же зацветет сакура вон на той горе? Они не знают, что «цветы» распускаются в их сердцах, и потому радуются лишь тому, что видит глаз». Что касается «саби», то эта категория больше всего ценится в поэзии хайкай. Под «саби» понимается красота увядания, которая не связанна напрямую с внешним видом объекта, но так или иначе просачивается наружу. Это хайку поэта Кёрая высоко оценил его учитель Басё, отметив, что в нем «отчетливо проявляется чувство саби»: Хранитель цветов! Убеленной своей головой Соперничаешь с ними 花守や 白き頭を 突き合はせ ханамори я/ сироки касира-о/ цукиавасэ Хранитель цветов — это сторож сакуры, хотя я до конца не поняла, в чем именно выражались его обязанности. Седую голову старика Кёрай сравнивает с розовыми лепестками сакуры. Хайку вызывает щемящее чувство, которое невозможно описать, поэтому можно использовать выражение «чувство саби». Не знаю, удалось ли мне объяснить вам разницу двух этих понятий, но я уверена, что если вы попросите современного японца рассказать, чем «ваби» отличается от «саби», то скорее всего поставите их в тупик. Конечно, когда японский Vogue показывает на своих страницах фэшн-съемку и подписывает её как «ваби-саби», то исследователей японской духовности, средневековой словесности и чайного пути это коробит. Я их даже могу понять, им кажется, что такие важные эстетические категории опошляются. И тем не менее было бы странно считать, что этого слова нет в современном японском языке. Просто теперь оно означает немного другое — сугубо визуальный подход, лишенный религиозного или духовного смысла (а вот средневековая поэзия и чайное действо существовали в дзэнской парадигме). Но сегодня я хочу примирить одних с другими, высоколобых академистов и любителей массовой культуры. Откройте нобелевскую речь Кавабаты Ясунари «Красотой Японии рожденный» 1968 года, где он объясняет западному человеку (то есть нам с вами), что такое японская эстетика и дзэн через поэзию и чайное действо, и вы увидите, что великий писатель, чайный эксперт и тонкий эстет спокойно пишет слово «ваби-саби» азбукой на дефисе, объединяя два понятия в одно. Мне кажется, что мы все можем доверять Кавабате в этом вопросе НА ФОТО: Материальное воплощение концепции «ваби» — чайный домик «Тайан», созданный по проекту Сэн-но Рикю в 1582 году. Внутри всего два татами, а отделка отличается аскетизмом. Здесь ты оказываешься не только лицом к лицу с чайным мастером, но и один на один с самим собой

Саша написал удивительно важную и нужную книгу. Приходите на презентацию, это прекрасная возможность познакомиться с текстом и прикоснуться к теме горевания. Я знаю, что для многих сейчас это актуально. Точнее, я знаю мало людей, кому неактуально. Саша — отличный проводник по этим территориям. https://online.girshon.dance/open_book?fbclid=IwY2xjawKXxDRleHRuA2FlbQIxMQABHuSgkuGnHWbTbREcpnrgeGKpOKdgzXet5i5IhIhX0vI_Mxw69ygu2RxAzDpt_aem_YMXmESjsJQIp_XNBT7nQ3w

ШАННА РИДЕЛЬ из поэмы «Карлсбад», 2023 Мой совет тем, кто умер: пишите списки и говорите правду не вводите в заблуждение оставляйте любовные письма или выглаженные воротнички в доказательство того, что любили не будьте немы не будьте камнем не умирайте скоропостижно не умирайте молча не умирайте в другой стране не умирайте в депрессии не умирайте в безразличии не умирайте преданными царством-государством не умирайте на другом языке не умирайте Ребенок что не знает как спросить ребенок что не может спросить Ребенок в пустыне смотрел на крошки хлеба в кармане и молчал ребенок в вагоне поезда смотрел на дула ружей и молчал ребенок на перроне смотрел на мать, которая молчала ребенок среди длинных теней предметов погасил солнце и молчал **** Я спрашиваю детей по очереди Говорят, говорю им я Не верь во все, что слышишь, говорит ребенок И для чего нужны такие обычаи Говорить надо то, что хотят слышать, говорит ребенок И с чем же вы меня оставили Не задавай таких глупых вопросов, говорит ребенок Расскажи, я слушаю, говорю я Все равно никому не понять, говорит ребенок И они, один за другим, выпадают из рассказа о рассказе Так много странных историй, говорит тетя Ну знаешь, где курица где яйцо **** Ребенок молчит, потому что знает или ребенок молчит, когда знает, что тому, кто должен ответить, лучше молчать Никто не делит море там, где моря нет Усомнившихся ждет смерть, чтобы рассказ возобновился они упадут в эту дикую землю У кого в карманах еще есть крошки хлеба, слишком долго не отводят взгляд кладут в карман песок он смешивается с мацой Ну знаешь, где песок, где хлеб Может, лучше было нам остаться там, где суп на мясе и хлеб Разве можно услышать глас Божий из огня и остаться в живых, говорит злой ребенок **** А ты слышала про человека, который жаловался Богу, говорит папа Наверное про умного ребенка, говорю я Мой сын хочет стать христианином, что мне делать, говорит папа То есть сын – это злой ребенок, говорю я И тогда сказал Бог, сделай как я, напиши новый завет или завещание, говорит папа. Шанна Ридель (р. 1990) - шведская писательница, поэтесса, музыкант. Дочь известного шведского джазового музыканта и композитора Георга Мартина Людвига Риделя (р. В 1934 году в Чехословакии – умер в 2024 году в Стокгольме), родители которого бежали вместе с ним из Чехословакии в 1938 году. (перевела Наташа Пресс, размышляя над трансгенерационным и происходящим)

Страх Халиль Джебран Говорят, что перед впадением в море река содрогается от страха. Оглядывается на проделанный путь с горных вершин, на долгую извилистую дорогу через леса и деревни, а перед собой видит океан, такой бескрайний, что слиться с ним — исчезнуть навсегда. Но иного пути нет. Река не может повернуть вспять. Никто не может. Повернуть вспять — против законов бытия. Реке придется пойти на риск и слиться с океаном, ибо лишь тогда страх исчезнет навеки, потому что река наконец-то поймет: она не исчезает в океане, а становится океаном. (перевела Наташа Пресс, думая о реках и людях)

Джон Родел надежда часто бывает куда тише страха надо прислушаться, чтобы расслышать её голос. надежда — шепот между криками надежда — почти неразличимый звук высыхающих на щеках слез надежда — легкий ветерок в высоких соснах надежда — тихий выдох, с котором вглядываешься в собственное отраженье в поиске божественного надежда — звук звёзд, подмигивающих нам с другого конца Вселенной ~надежда как плеск реки ~надежда как сопящий во сне малыш ~надежда как гулкий стук сердца надежда — тихий писк аппарата в больнице надежда — звук крыльев весенней бабочки — звук, с которым тает лёд на озере надежда — звук, с которым цветок скребется из-под земли, пробиваясь к солнцу надежда никогда не шумит надежда никогда не суетится надежда никогда не заявляет о себе — можно даже пропустить появление надежды, если не прислушиваться надежда больше похожа на фортепьяно, чем на саксофон надежда смиренна надежда невидима надежда не носит бейдж надежда часто так молчалива однако сила надежды в том, как она умеет удивлять нас без предупреждения надежда есть всегда это бит между нотами мелодии это губы, приоткрывающиеся для поцелуя это глубокий вдох перед признанием это тихий голос Любви, которая без конца умоляет нас не сдаваться ползущим теням, голос, что без устали повторяет: «Держитесь, любимые, держитесь». Если найдешь время побыть в тишине, то обнаружишь, что надежда — такая болтушка, стоит тебе прислушаться, и она говорит без умолку. Надежда есть повсюду, в самых неожиданных местах ~в твоей бурлящей крови ~в разглаживающихся морщинах ~в твоем приглушенном горе надежда — неумолима посреди трезвона и шума мира, просто прислушайтесь, любимые, и я клянусь, что стоит вам единожды услышать шепот надежды, которая повсюду — и вы никогда больше не опустите руки. (перевела Наташа Пресс, думая, что Эмили Дикинсон сказала короче и точнее, но времена требуют долгих уговоров)

Дэвид Уайт Истинные обеты Истинные обеты всегда даются втайне — те же, что произносим вслух, мы нарушаем. Только одну жизнь можно назвать своей — тысячи других можешь назвать как угодно. Держись истины, ты создаешь её каждый день своим собственным телом, не отворачивайся. Держись своей истины в центре образа, с которым ты родился. Тот, кто то не понимает своей судьбы, никто не поймет ни своих друзей, ни выбранной работы, ни той жизни, что ждёт за всеми остальными. У озера в лесу в тени деревьев возьми и прошепчи безмолвному отражению в воде. Ответ воды запомни. Отраженье хочет, чтобы из уст твоих звучала истина. Помни, в этом месте, где тебя никто не слышит, в тишине, ты дашь то обещанье, что нельзя нарушить, и так поймешь, что правда, а что — нет. Ты знаешь, о чем я. Время почти покинуло меня и я взглянул опять. Вгляделся в отраженье, обет нарушил и заговорил, впервые через много лет дал голосу звучать, пока не поздно снова повернуться к себе лицом. (перевела Наташа Пресс, произнося слово «обет»)