Александр Гофман

В х/ф Oddity есть презабавный момент, когда убийство, заявляющее конфликт сюжета, сначала объясняется предельно идиотским способом – и ты такой жмёшь плечами; типа, ну, может, режиссёр не очень умный. А потом появляется сестра убитой (Кэролин Брэкен – очень крутая в обоих образах) и заявляет: «Я что, похожа на дуру? Так не бывает». И начинает немножко другое кино – с психами, ведьмами, големами и прочей оккультной шизоэкстрасенсорикой. Объяснение убийства, правда, менее идиотским не стало, зато авторский метод вызвал большой прилив уважения: не умеешь рассказывать истории про людей – тогда швырни их в компанию к призракам. В следующий раз осталось только написать приличный сценарий. #Oddity

Любимейшему Питеру Уиру 80 лет. На равных с Антониони и тем же Копполой он вёл диалог о непознаваемости реальности в «Пикнике у Висячей скалы», дополнил ряд самых страшных антивоенных шедевров с «Гиллиполи», подарил едва ли не лучшую драматическую роль Харрисону Форду в «Свидетеле», умудрялся быть и архаичным романтиком («Общество мёртвых поэтов»), и пророком («Шоу Трумана»), и последним штурманом серьёзного морского приключенческого кино («Хозяин морей»). Блестящая карьера и удивительно тонкий и острый ум; жаль, что ушёл из профессии, но спасибо, что успел сделать так много. Долгих лет жизни мастеру.

Ща создатели «Бордерлендса» такие: «Ну, ничё, подождём, вдруг чисто по-копполовски фортанёт».

Ну, если эти двое сойдутся в третий раз, боюсь, телеграм уже не оправится.

Что говорит Трамп: В случае победы я сделаю своим советником Илона Маска! Что видит электорат Камалы Харрис:

Эми Адамс (внезапно?) стукнул палтус. Закулисная королева больших и малых экранов, она всегда казалось фигурой парадоксально недооценённой – и это при её-то десятках регалиях и номинациях (с «Оскаром» у женщины, правда, не сложилось). С волнением жду её перформанса в проекте с нежным заголовком «Ночная сука».

Насколько же круто выглядят отдельные креативные решения «Чужих» по визуальному ряду. Кэмерон не даром всегда слыл реформатором жанра – фильму скоро сорок лет, а он даже на фоне современного Голливуда смотрится бодрячком.

Когда пересматривал первых двух «Чужих», не уставал (в очередной раз) удивляться, насколько эти два выдающихся фильма антагонистичны по отношению друг к другу. Скотт ставил хоррор в его первозданном значении – потому идея материнства здесь трансформируется в страшную картину насильственного репродуктивного алгоритма, противостоять которому может лишь сильная женщина Элен Рипли. Всё, из чего состоит человечество – от хрупких социальных конструктов до разумных андроидов – опасно, ненадёжно и лишь подчёркивает, насколько чужда для созданного Ридли художественного мира подлинная надежда. У Кэмерона история про Чужих – боевик. Но идея материнства (в данном случае суррогатного – по линии девочки Ребекки) обыграна через сострадание и сублимацию смерти собственного дитя. Рипли остаётся сильной женщиной, но спасает человечество не только холодным умом, но и сердцем – так типичные для режиссёра гуманистические ценности противопоставляются животному инстинкту размножения у Матки, в свою очередь зарифмованному с алчностью хищных капиталистов из «Вейланд». Скотт хотел в финале оторвать Рипли голову и отдать последнее слово ксеноморфу, но Кэмерон же – несмотря на отчётливо пессимистические образы скорого будущего – всегда был про веру в человека и его борьбу. Особенно когда дело доходило до разумных андроидов! Насколько всё-таки по-разному великое кино – и абсолютные гении постановки Джеймс Кэмерон и Ридли Скотт. #Alien

У «Преступления и наказания» действительно эффектный тизер, но учитывая опыт нашей новой телевизионной волны, внутри может оказаться всё, что угодно. Однако, самым скучным было бы буквалистское прочтение классика – а тут намёки на его хлёсткую, дерзкую, сексуальную постмодернистскую реплику. В конце концов, Брессон в «Карманнике» тоже лишь «отдалённо» вдохновлялся Достоевским, но по духу создал самую точную и пронзительную экранизацию. Если честно, мне очень хочется такого гран-гиньоля, чтобы даже у самых терпимых пуристов отлетели белые тапочки. Именно такого прочтения и жду.

Survival-хоррор с Самарой Уивинг, где мало говорят, но много делают – это, дорогие мои, похоже на выступление в редчайшем жанре must have.

​Несколько слов по «Дэдпулу и Росомахе». Я посмотрел его пару недель назад, но не спешил высказываться ввиду абсолютного нежелания попусту сотрясать воздух: всем более или менее понятно, что это не совсем кино, а выдающийся корпоративный проспект – «Барбигеймер» этого года, от которого остались только розовые сопли и ядерный взрыв в сердцах и умах стремительно разросшегося фэндома. Сюжет, вопреки заверениям отдельных ценителей, тут всё-таки есть, но это довольно ленивая компиляция из повествовательной арки сериала «Локи» (где Макфэдиен всухую проигрывает Оуэну Уилсону) и драматического бэкграунда Логана, из которого за двадцать с лишним лет выдавили, кажется, всё, что можно (как выяснилось, не в финансовом плане). Единственное, что до какого-то момента работает, как часы – это броманс Рейнальдса и Джекмана, включающий в себя обширный медиаконтекст и плеяду хулиганских постмодернистских приколов. Несмотря даже на тот факт, что на каждую удачную шутку («Пол Радд наконец постарел!») приходится несколько креативных решений со стойким оттиском слабоумия (пёсик!). Есть несколько выверенных экшен-номеров – типа вступительных титров или длинного кадра с армией Дэдпулов, отсылающего к «Олдбою» – но большинство долгожданных камео разочаровывающе вяло интегрированы в условность мультивселенной; можно вспомнить, насколько более изобретательно выкрутился Рэйми во втором «Докторе Стрэндже», где каждый гостевой выход прошивала простая и внятная нить целостного нарратива. К примеру, из Эммы Коррин получилась первоклассная злодейка по темпераменту, но не мотивации – и все усилия актрисы в финальном акте обнуляются под аккомпанемент классического хита Мадонны. Это прикол над творческим кризисом студии MCU, лишь его комментирующий, но не предлагающий полноценную рефлексию – вместо неё со всей очевидностью сработала ставка на условный рефлекс ностальгирующих масс. #DeadpoolWolverine#Ревью

​Ушёл Ален Делон. Из-за слухов об эвтаназии это не стало большой неожиданностью, но действительность всё равно моментально окрасилась в пепельные оттенки: полное впечатление, будто закатилась не просто жизнь или карьера, а величественное небесное тело. С кем его можно сравнить из великих? Ньюманом, Смоктуновским, Брандо или Богардом? Я всё-таки склонен верить, что ни с кем. Он мог быть обжигающе живым, а мог – апатично-бесстрастным. Мог вытянуть любой коммерческий хит, а мог и одним взглядом пробурить в шедевре Клемана, Висконти или Антониони глубокую экзистенциальную впадину. Скандальный секс-символ, человек, до самого конца пренебрегающий повесткой и правилами хорошего тона – сейчас, вероятно, мало кто знает, что он ковал характер на войне в Индокитае, а образование в киношколе заменил нужными связями во французском борделе. Вероятно, Делон не сумел бы вписаться в нашу эпоху. Страстный поклонник политики генерала де Голля открыто мизантропических взглядов и с как минимум одним обвинением в убийстве (собственного телохранителя!) – он был слишком ослепителен, слишком талантлив, слишком красив, слишком нетерпим и непримирим. Но такого «слишком» мир – в том числе и мир кино – уже больше никогда не сможет себе позволить.